Екатерина Горшенина об ответах Минюста России и Счетной палаты на предложения ОГФ

Юрист, психолог, медиатор
Вице-президент Ассоциации "Лига медиаторов Южного Урала"

Ответ Министерства юстиции РФ на предложения Общероссийского Гражданского Форума в переводе на обыденный язык может прозвучать так: «Правильно, мы и сами так думаем, всё когда-то будет, подождите». Например, нам сообщают, что в рамках реализации «Концепции развития до 2017 года сети служб медиации в целях реализации восстановительного правосудия в отношении детей, в том числе совершивших общественно опасные деяния, но не достигших возраста, с которого наступает уголовная ответственность в Российской Федерации» Минюст России отвечает за внесение изменений в законодательство, и сейчас (2016 год близится к середине!) собирает предложения по этим изменениям. Мы тоже подготовили такие предложения и уже направили их в министерство. Конечно, речь идёт об изменениях в достаточно серьёзный нормативно-правовой акт - уголовно-процессуальный кодекс - и понятно, что это требует времени. Но изменения нужны несомненно! Пока же работа по реализации Концепции в регионах идёт силами неравнодушных людей, разрабатывающих различные алгоритмы взаимодействия с органами, ведущими работу с несовершеннолетними правонарушителями (не только с теми, кто не достиг возраста уголовной ответственности).

В ответе на предложения ОГФ чиновники также сослались на то, что один законопроект, направленный на развитие альтернативного урегулирования споров, уже внесен в Госдуму РФ. Действительно, законопроект № 121844-6 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием примирительных процедур» поступил к депутатам в 2013 году, и был отложен «под сукно». В целом, законопроект неплохой, но узконаправленный – предназначен для применения в арбитражном процессе. Однако хотя бы принятие такого закона хорошо продвинуло бы применение примирительных процедур, в том числе, медиации, в нашей стране. Почему этот законопроект так и не был принят? Возможно, потому, что он тянет за собой и другие изменения, например, понятие судебного примирителя – это профессия или дополнительные навыки, как и где должны обучаться, должна быть какая-то программа по обучению и прочее, а это продолжительная работа. В результате, воз и ныне там.

Еще один пассаж в ответе Минюста России касается Рекомендации Комитета министров Совета Европы от 05.09.2001 № Rec (2001) 9 об альтернативных методах урегулирования споров между административными органами и частными лицами. В данной рекомендации примирение и медиация могут инициироваться участвующими сторонами, судьей или предусматриваться в обязательном порядке законом. В предложениях III Общероссийского Гражданского Форума как раз предлагается закрепить эту рекомендацию на государственном уровне. Замечательно, что чиновники уже знают, что это надо сделать. Но опять возникает всё тот же вопрос: что мешает принимать подобные изменения и дополнения в наше законодательство?

Как следствие этих многочисленных вопросов и множества препятствий, возникающих на пути практикующих медиаторов, возникла следующая идея: сообществам медиаторов из различных субъектов РФ составить в органы власти информационные письма с приложением конкретных предложений по изменению и дополнению законодательства в части применения медиации как примирительной процедуры как в досудебном, так и в судебном порядке. Предложений получилось очень много – от законодательного закрепления возможности применения медиации в уголовном процессе до урегулирования оплаты труда медиаторов, особенно при работе в судах и с социально незащищёнными гражданами. Большим количеством однородных писем мы надеемся обратить внимание на необходимость принятия изменений и дополнений, поскольку медиация – это не только определённая технология, это социальный институт, это культура согласия, которая позволит нашему обществу стать более гуманным и цивилизованным.

Счетная палата РФ высказалась коротко и по существу: необходимо провести оценку финансовых последствий введения института медиаторов. Расчет затрат на введение оплачиваемых из бюджета профессиональных медиаторов пока не проведен, но технически его схема понятна, и эта работа может быть проведена. Сложнее оценить в цифрах плюсы. По сводным данным из нескольких регионов, медиативные соглашения заключаются в 60-85% случаев применения этой технологии. Исходя из своей практики и практики коллег, это ведет к уменьшению расходов сторон разбирательства иногда в несколько раз, например, досудебное решение проблемы избавляет от всех возможных расходов по ведению дела (госпошлина6 расходы на представителя). В случае заключения медиативного соглашения на стадии судебного разбирательства экономия заключается в отсутствии экспертиз. Есть и нефинансовые профиты — медиация минимизирует число затяжных конфликтов, а также тех споров, в результате которых действительно проигрывают все (суды, кстати, подтверждают, что в последнее время растёт недовольства решением обеими сторонами).

Для бюджета положительный эффект заключается в «разгрузке» судов. В принципе, его тоже можно посчитать с помощью математических моделей. Возможно, это тема для совместной работы с коллегами-экономистами в рамках ОГФ.

Координатор экспертной площадки «профилактика конфликтов» юрист, медиатор Екатерина Горшенина